Расширенный поиск
НАЧАЛО НОВЫЕ ЛИЦА ЭКСКЛЮЗИВ
Сегодня на сайте:
60042 персоналий
515670 статей

О ПРОЕКТЕ

Неотрубрицированные
Руководители федеральных органов власти управления
Руководители региональных органов власти управления
Политические общественные деятели
Ответственные работники государственно административного аппарата
Представители Вооруженных Сил и других силовых структур
Руководители производственных предприятий
Финансисты, бизнесмены и предприниматели
Деятели науки, образования и здравоохранения
Дипломаты
Деятели культуры и искусства
Представители средств массовой информации
Юристы
Священнослужители
Политологи
Космонавты
Представители спорта
Герои Советского Союза и России
Назначения и отставки
Награждения
Незабытые имена
Новости о лицах и стране
Интервью, выступления, статьи, книги
Эксклюзив международного клуба
Публикации дня
Горячие новости
ПОЛИТафоризмы
Цитата дня
Кандидат 2008
Главы регионов России
Комментарии журналистов и граждан к проблеме 2008
Аналитика - публикации экспертов о выборах 2008
Наши авторы и спецкоры

   RSS









    Rambler's Top100




вернуться Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Предложения по сценариям развития ЧЦ, МО, ВПО и СО и возможному характеру войн,... конфликтов на период до 2030 и 2050 гг.

Профессор МГИМО Алексей Подберезкин: Предложения по сценариям развития ЧЦ, МО, ВПО и СО и возможному характеру войн,... конфликтов на период до 2030 и 2050 гг.


    Мой вывод таков: на мировой арене Америка всегда
должна вести всех за собой. Если мы не возьмем
на себя эту роль, то ее возьмет кто-то другой[1]

Б. Обама, Президент США

Население России примерно вдвое меньше населения США,
так что и в относительных цифрах секретная Америка
больше секретной России[2]

авторы книги "Венчурные фонды"


Возможность формулировать предложения по сценариям развития ВПО и СО и характеру международных и внутренних военных конфликтов на период до 2050 годов вытекает из стратегического прогноза развития человеческой цивилизации (ЧЦ) и международной обстановки (МО), и детальной проработки широкого спектра вероятных сценариев развития:

- человеческой цивилизации (ЧЦ);

- международной обстановки (МО);

- собственно военно-политической обстановки (ВПО);

- и, в конечном счете, вероятных вариантов СО.

Таким образом стратегический прогноз развития ВПО и СО, анализ сценариев его развития вытекает из следующей строго логической последовательности:



При этом важно изначально подчеркнуть два важных обстоятельства:

Во-первых, количество вариантов каждого из последующих этапов развития прогноза и, соответственно, количество сценариев, будет всегда больше, чем предыдущего. Так, если количество основных стратегических прогнозов и сценариев развития человеческой цивилизации насчитывает, например, пять, то количество прогнозов и сценариев развития международной обстановки, вытекающих из каждого прогноза и сценария развития (ЧЦ), всегда будет больше так как один из вышестоящих сценариев, как правило, вариативен, предполагает наличие нескольких последующих прогнозов и сценариев и т.д.

Это же означает, что количество прогнозов и сценариев развития ВПО и СО будет во многом зависеть от количества прогнозов и сценариев более высокого уровня - ЧЦ и МО.

Во-вторых, ошибка, которая может вытекать из игнорирования возможного сценария более высокого уровня означает, что последующие прогнозы и сценарии полностью исключаются. В этой связи очень важно изначально, рассматривая всю "вертикаль прогнозов и сценариев, не исключить даже теоретически маловероятный сценарий, который влечет за собой совершенно оригинальные прогнозы и сценарии. Так, например, не учитывая маловероятный прогноз и сценарий развития ЧЦ, вытекающий из космической (астероидной и пр.) опасности, мы последовательно исключаем сценарии глобального сотрудничества МО, единой системы обороны и т.д.

Поэтому "приближаться" к стратегическим прогнозам и сценариям развития ВПО и СО необходимо строго последовательно, анализируя изначально более высокие фазы развития (ЧЦ и МО) и их стратегические прогнозы.

В долгосрочной перспективе существует, таким образом, как минимум, несколько сценариев развития человеческой цивилизации (ЧЦ), каждый из которых является базовым для нескольких сценариев развития МО, а каждый из этих сценариев - основой для нескольких сценариев развития ВПО и, соответственно, СО. Что можно изобразить на рисунке следующим образом в качестве иллюстрации последовательного развития всего лишь одного из сценариев развития человеческой цивилизации (ЧЦ).



Как видно из этой логической схемы, принципиально важно изначально четко выделить варианты (сценарии) развития ЧЦ, а затем варианты (сценарии) развития МО по каждому из сценариев ЧЦ и т.д. вплоть до прогнозов и сценариев СО. При этом заведомое исключение из вариантов прогноза или сценариев более высокого уровня означает последовательное исключение всех остальных вариантов прогнозов и сценариев.

Так, например исключение из вариантов прогноза и сценариев развития ВПО в конце 80-х годов сценария развила ОВД и СССР, привело к тому, что к 1990 году готовился новый вариант Военной доктрины ОВД, который через несколько месяцев не потребовался потому, что сама ОВД была распущена.

Аналогичный пример можно привести и по отношению к стратегическому прогнозу и планированию в отношении СССР, которые в конце 80-х годов просто в ЦК и других органах не существовали, хотя в США, например, к концу 80-х годов СНБ уже разработали план последовательного развала СССР. Этот прогноз и план, состоявший из 5-и этапов, я безуспешно пытался доложить руководству (В. Фалину и А. Грачеву) ЦК в 1989 году (Осень 1994 года в США рассекретили и опубликовали этот документ СНБ, который практически совпал с тем анализом, который я отдал в 1989 г. в ЦК).

Соответственно в зависимости прежде всего от реализации того или иного прогноза и сценария развития (ЧЦ, МО, ВПО и СО) происходит эволюция различных форм войн и военных конфликтов, которые сегодня делятся экспертами, например, на[3]:

- внешние войны:

- племена против племен;

- государства против государств;

- государств против племен;

- коалиционные войны;

- мировые войны;

- колониальные войны;

- революционные войны;

- религиозные войны;

- террористические войны;

- миротворческие операции;

- гуманитарные интервенции и т.д.

- внутренние войны:

- гражданские войны;

- освободительные войны;

- крестьянские восстания;

- национально-освободительные восстания и войны;

- восстания рабов;

- мятежи и бунты;

- военные перевороты

- смешенные виды войн;

- иные способы классификации войн (по масштабу):

- локальные;

- региональные;

- глобальные;

- по длительности и т.д.

- по интенсивности (которую так же измеряют путем соотношения битв на единицу времени, например, месяц);

- по потерям и т.д.[4]

Среди таких войн и конфликтов особенно актуальны стали после II-ой Мировой войны, Бескровные конфликты, Асимметричные войны (когда одна из сторон имеет подавляющее техническое, организационное, численное и иное преимущество. Тогда другой стороне конфликта приходиться прибегать к несимметричным видам войны).

Это означает, что в зависимости от сценария развития ЧЦ, МО и ВПО будут эволюционизировать и различные формы войн, а также международные и внутренние военные конфликты. Так, асимметричные войны стали реальностью во второй половине ХХ века и общим правилом - в XXI веке. Можно сказать, что за последние 25 лет ни одна война в мире не была "симметричной".

Существенно изменились формы войн в XXI веке, однако можно предположить, что в еще большей степени они изменяться к 2030 году, а тем более - середине 2050 годов. Надо ясно понимать, что в США и НАТО ведут настойчивую работу по стратегическому прогнозированию и просчитыванию сценариев развития ВПО на этот период. В частности, на саммите стран НАТО в Чикаго (май, 2012 г.) был инициирован пакет мер под названием "Силы НАТО-2020". Как отмечает исследователь этой проблемы В. Поздняк, "В практическом плане речь, разумеется, не идет о неких умозрительных идеальных качествах, но многоступенчатом и "многослойном" процессе оборонного планирования, в котором имеется несколько взаимоизменяющихся параметров и временных "горизонтов". Последние включают 2010 год как стартовую линию (принятие Стратегической концепции), 2020 год как среднесрочный целевой горизонт, когда планирование носит более реалистический (и в меньшей степени гипотетический) характер, а также более дальний "виртуальный" горизонт как прогноз стратегической обстановки после 2020 г. Долгосрочные стратегические прогнозы обстановки задают предполагаемые будущие рамки операций, которые, в свою очередь, позволяют ориентировочно планировать требуемые силы и средства. Однако реальные возможности - прежде всего, объективно ограниченные финансовые и экономические ресурсы сегодняшнего дня и ближайшего будущего ("горизонт настоящего") - вносят в данную схему существенные коррективы, ограничивая и конкретизируя как цели, так и средства и способы их достижения[5].

На рисунке схематично представлены основные структурные элементы и этапы стратегического военного планирования НАТО до 2020 г. и на дальнейшую перспективу в увязке с предлагаемыми средствами и способами достижения поставленных целей.

[6]

Как пишет В. Поздняк, "Чтобы получить наиболее качественное коллективное видение долговременной перспективы, служащей ориентиром для постоянного совершенствования и сохранения боеспособности организации, Командование ОВС НАТО по трансформации возглавило группу по изучению основных сценариев будущего, в которую вошли представители Командования ОВС НАТО по операциям, Международного секретариата и Международного военного штаба. Задачами данной группы является проведение Анализа стратегических прогнозов, который выступает в качестве общего понимания будущей среды безопасности, а также выработка Рамочного подхода к будущим операциям альянса. Он опирается на несколько проведенных за последние годы несколько масштабных исследований, в частности, - "Исследование НАТО о долгосрочных потребностях" (NATO Long Term Requirements Study), а также проекты "Многовариантное будущее" (Multiple Futures Project) и "Объединенные операции НАТО-2030" (NATO Joint Operations 2030). На основе уже подготовленного предварительного варианта Анализа стратегических прогнозов (АСП), охватывающего перспективу до 2030 г. был сделан вывод о том, что будущее будет характеризоваться сложностью, неопределенностью, рисками и опасностями, вызываемыми быстрым темпом социальных, научных и технологических изменений в результате инноваций"[7].

В XXI веке становится все более очевидным, что один из сценариев развития ЧЦ предполагает обострение цивилизационных конфликтов, что проявляется пока что преимущественно в религиозных войнах, но имеет под собой гораздо более глубокую основу. Так, вооруженный конфликт на Украине в 2014 году можно рассматривать как развитие различных сценариев, если исходить из предлагаемой методологии развития сценариев.



В этой связи можно говорить о возвращении к идеологии, но уже по партийно-социальной, а цивилизационно-национальной. До некоторой степени, видами идеологической войны становятся войны информационные, психологические, даже сетевые и кибернетические. Причем их значение стремительно возрастает. Так, основными объектами противоборства на Украине были теле- и радио- вышки, редакции и прочие объекты коммуникации. И это отнюдь не случайно. Еще во время войны в Югославии, Ливии и Сирии эти объекты становились приоритетными целями. Не случайно, что в ходе вооруженной борьбы на Украине в 2014 году активно использовались социальные сети, дезинформация, кибернетическое оружие, даже попытки вывести из строя спутники связи.

Сохраняются в XXI веке и традиционные деления войн и вооруженных конфликтов. Так, есть деление на справедливые и несправедливые войны, но этот метод в значительной мере не только субъективен, но и устарел в связи с возможностями СМИ искажать реальную действительность.

Есть основания полагать, что к 2030 году ведущие страны мира будут бороться за монополию на формирование общественного мнения в научном для себя ракурсе. Такая информационно-психологическая подготовка уже ведется в США и НАТО и доказала свою высокую эффективность особенно на ранних стадиях вооруженного конфликта - от нескольких недель до нескольких месяцев. Надо полагать, что это направление военного планирования не только сохранит свою приоритетность, но и станет доминирующим в военной политике развитых государств.

Таким образом предстоит последовательно решить три группы проблем, связанных как с анализом текущего состояния человеческой цивилизации человеческой цивилизации, МО, ВПО и СО, так и вероятного прогноза их развития в долгосрочной перспективе, а именно:

- анализ и прогноз развития сценариев человеческой цивилизации (ЧЦ) в широком философско-культурологическом, политико-историческом и ином аспектах. Целью такого анализа и прогноза является вычленение вероятных сценариев развития ЧЦ, из которых, в свою очередь, будут вычленяться сценарии развития МО;

- анализ и прогноз развития сценариев МО в широком контексте политических, экономических, военных, социально-демографических, финансовых, информационных, научно-технических и иных факторов;

- анализ и прогноз развития сценариев ВПО как одной из подсистем - военно-политической системы МО и основы для сценариев развития СО, общие контуры вариантов которых можно обозначить в рамках сценариев ВПО. Вряд ли возможен прогноз конкретных сценариев развития СО на 2030, а тем более 2050 годы, которые по своей численности и количеству переменных величин сегодня трудно анализируются.

Такой анализ имеет не только теоретическое и методологическое, но и совершенно конкретное, прикладное значение для России так как он лежит в основе общенационального стратегического прогноза и стратегического, военно-политического, научно-технического планирования на долгосрочную перспективу. Есть основания полагать, что анализ и прогноз сценариев развития ЧЦ, МО и ВПО обязателен для подготовки долгосрочных социально-экономических, "инновационный" и пр. "невоенных" общенациональных прогнозов. До недавнего времени эти внешние факторы (кроме цены на нефть) практически не учитывались.

Именно эта, "внешняя" группа факторов, однако, оказывает решающее влияние на:

а) цели политической национальной стратегии, которые не только корректируются, но и меняются под воздействием изменений внешней обстановки;

б) распределение национальных ресурсов в зависимости от приоритетности решения задач. Так присоединение Крыма в 2014 году потребовало, как и конфликт на Украине, выделение сотен миллиардов рублей ранее не планированных ресурсов;

в) представления правящей элиты о национальной стратегии страны, в т.ч. систему ценностей. В этой связи характерен пример влияния конфликта на Украине на всю национальную систему ценностей и отношение к ней правящей элиты в России, что проявилось практически во всех областях - от ОПК до образования.

Таким образом "внешние" факторы формирующие среду для существования нации и российского государства, оказывают сложное и системное влияние, часть из которого реализуется в развитии сценариев МО и ВПО, а другая - влияет на сами процессы формирования ЧЦ, МО и ВПО. Как видно из известного рисунка, в котором описана логическая модель политического процесса[8], группа "внешних" факторов непосредственно оказывает влияние на указанные выше факторы политического процесса. Причем внешнее влияние воздействует на внутренние факторы по-разному. Если оно прямо и непосредственно влияет на политику и стратегию государств (прежде всего через формулирование политических целей, а также на более консервативную составляющую - систему ценностей и национальных интересов, - то на представления правящей элиты это влияние может быть очень сильным и, главное, динамичным (так это было в конце 80-х гг. в СССР и в XXI веке - на Украине).

И, наоборот, на распределение национальных ресурсов, собственно стратегию, стратегическое планирование и тактику, это влияние может быть опосредованным - через элиту, систему ценностей и формулирование политических целей.



Стратегический прогноз развития сценариев ЧЦ, МО, ВПО и СО, таким образом крайне важен для формирования стратегических прогнозов и планирования, основные компоненты которых (политические цели, национальные интересы и национальные ресурсы) будут во многом зависеть от внешних условий. Так, относительно благоприятные внешние условия позволяют развитым государствам тратить 1% своего ВВП на оборону и даже КНР - 2%, в то время как США и Россия тратят более 4% ВВП на нужды обороны. В условиях обострения МО (т.е. неблагоприятного сценария) эти расходы достигают 8% ВВП, а в условиях войны - до 40%.

Соответственно бессмысленно долгосрочно прогнозировать и планировать национальное развитие, не принимая во внимание конкретную МО и ВПО. Соответственно, сценарии развития человеческой цивилизации, МО, ВПО и СО формируют конкретные условия, и особенности формирования, характеристику будущих войн и военных конфликтов.

Как справедливо отмечают бывшие советники Начальника Генштаба ВС РФ И.М. Попов и М.М. Хамзатов, будущий характер войн, конфликтов и военной организации России во многом предопределяется этими сценариями. Они несколько упрощают внешние условия и сценарии развития ЧЦ, МО и ВПО, объединяя их в несколько вариантов развития геополитической обстановки (3 сценария - положительной и 3 - отрицательной), но в целом это дает некоторое представление о самой сути идеи влияния внешних факторов.



Другим существенным недостатком этой схемы является акцент на государство и ВС этого государства, который не может гарантировать безопасность в отрыве от других факторов национальной мощи, прежде всего национального человеческого капитала (НЧК).

Такими же недостатками обладают и описания идеи разработки сценариев развития ВС, которые слишком абстрактны, но, тем не менее дают самые общие представления о вариантах (сценариях) развития ВС РФ.

В частности, в вариантах (Сценариях) И. Попова и М. Хамзатова не указаны:

а). факторы, влияющие на те или иные решения;

б). значение внешних условий и развития сценариев ЧЦ, МО и ВПО.

Поэтому становится не вполне понятным, почему, в зависимости от каких причин, принимаются те или иные решения о развитии ВС.

Наконец, не вполне понятно (в связи с первым рисунком) какова роль ВС России при развитии того или иного сценария, например, нужна ли России роль глобальной державы, способной контролировать, в т.ч. военными средствами, всю планету?

[9]

 


[10]

Еще большую критику вызывает попытка логического обоснования стратегического облика ВС РФ до 2030 года, опираясь только на внутренние интересы ведомств, которая показан И. Поповым и М. Хамзатовым на следующем рисунке.

Как видно из этого рисунка, чья логика может разделяться значительной частью правящей элиты, будущий прогноз облика ВС формируется министерствами и ведомствами (с участием РАН). Видимо И. Попов и М. Хамзатов справедливо хотят подчеркнуть, что это не является исключительно задачей МО и Генштаба и даже всей военной организации страны, что, естественно, правильно.

Вместе с тем надо отметить, что ни в одном из этих министерств и ведомств нет профессионально работающих коллективов, информационных систем, методик для стратегического прогноза, ни сценариев развития ЧЦ, ни МО, ни ВПО, ни СО. Те немногие существующие сегодня стратегические прогнозы и сценарии могут являться лишь самыми первыми шагами в этой области, скромными попытками энтузиастов, которое не обеспечена ни необходимыми кадрами, ни информацией, ни другими ресурсами.

Поэтому на повестке дня стоит вполне конкретная задача создания такого межведомственного органа, который был бы способен проделать огромную по своему объему работу, предоставив стратегический прогноз развития различных сценариев ЧЦ, МО, ВПО и СО, в которых учитываются самые разные факторы условия - от климатических и демографических до экономических, социальных и психологических.

Пока что мы можем предложить лишь обобщенные и достаточно абстрактные попытки стратегического прогноза развития различных сценариев ЧЦ, МО, ВПО и СО, которые были разработаны в самом общем виде различными учеными, футурологами и писателями в последние годы. Эти прогнозы, сценарии и варианты развития, естественно, способны в лучшем случае показать основные тенденции и, может быть, факторы, влияющие на формирование сценариев в долгосрочной перспективе.

Как следствие такой логики, предложения по сценариям долгосрочного развития ЧЦ, МО, ВПО и СО на период до 2030 и 2050 годов могут вытекать только из анализа долгосрочных тенденций мирового развития и изучения основных вероятных сценариев.

Аналогичный вывод следует сделать и применительно к долгосрочному прогнозу возможного характера войн и вооруженных конфликтов, как внешних, так и внутренних, на тот же период. Этот прогноз может стать следствием анализа и долгосрочного прогноза основных сценариев развития ЧЦ, МО, ВПО и СО.


____________________

[1] Обама Б. Выступление в академии Вест-Пойнта. 2014. 28 мая // ИТАР-ТАСС / http://itar-tass.com/

[2] Венчурные фонды. М.: МФТИ. 2012. С. 20.

[3] Война и ее виды / http://www.warconflict.ru/

[4] Война и ее виды / http://www.warconflict.ru/

[5] Поздняк В. НАТО после Чикагского саммита: развитие оборонного потенциала // Аспекты безопасности. 2013. N 1. С. 3-4.

[6] Поздняк В. НАТО после Чикагского саммита: развитие оборонного потенциала // Аспекты безопасности. 2013. N 1. С. 3-4.

[7] Поздняк В. НАТО после Чикагского саммита: развитие оборонного потенциала // Аспекты безопасности. 2013. N 1. С. 3-4.

[8] В основу этого рисунка положены идеи профессоров МГИМО(У) М.А. Хрусталева и Н.А. Злобина, на которые автор не раз ссылался в предыдущих работах, например: Подберезкин А.И. Военные угрозы России. М.: МГИМО(У). 2014.

[9] Попов И.М. Хамзатов М.М.

[10] Попов И.М. Хамзатов М.М.

Приложения:
Ris 6729871.jpg 86 Kb
Ris 6729872.jpg 54 Kb
Ris 6729873.jpg 100 Kb
Ris 6729874.jpg 75 Kb
Ris 6729875.jpg 61 Kb
Ris 6729876.jpg 90 Kb
Ris 6729877.jpg 75 Kb
Ris 6729878.jpg 78 Kb

Док. # 672987
Опублик.: 02.07.14



 Разработчик

       Copyright © 2004,2005 г. Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА`` & Негосударственное образовательное учреждение 'Современная Гуманитарная Академия'