Расширенный поиск
НАЧАЛО НОВЫЕ ЛИЦА ЭКСКЛЮЗИВ
Сегодня на сайте:
60042 персоналий
515672 статей

О ПРОЕКТЕ

Неотрубрицированные
Руководители федеральных органов власти управления
Руководители региональных органов власти управления
Политические общественные деятели
Ответственные работники государственно административного аппарата
Представители Вооруженных Сил и других силовых структур
Руководители производственных предприятий
Финансисты, бизнесмены и предприниматели
Деятели науки, образования и здравоохранения
Дипломаты
Деятели культуры и искусства
Представители средств массовой информации
Юристы
Священнослужители
Политологи
Космонавты
Представители спорта
Герои Советского Союза и России
Назначения и отставки
Награждения
Незабытые имена
Новости о лицах и стране
Интервью, выступления, статьи, книги
Эксклюзив международного клуба
Публикации дня
Горячие новости
ПОЛИТафоризмы
Цитата дня
Кандидат 2008
Главы регионов России
Комментарии журналистов и граждан к проблеме 2008
Аналитика - публикации экспертов о выборах 2008
Наши авторы и спецкоры

   RSS









    Rambler's Top100




вернуться Виталий Воротников: Между Брежневым и Горбачевым


    Бывший член Политбюро ЦК КПСС Виталий Воротников рассказывает о Николае Тихонове, главе советского правительства в эпоху смены генсеков
Николай Александрович Тихонов родился 14 мая 1905 г. в Харькове. В 1930 г. окончил Днепропетровский металлургический институт. С 1930 г. на инженерно-технических должностях, в 1941-1947 гг. - главный инженер завода, а в 1947-1950 гг. - директор завода. В 1950-1955 гг. - начальник Главного управления Министерства черной металлургии, с 1955 г. - заместитель министра черной металлургии СССР. В 1957-1960 гг. - председатель Днепропетровского Совнархоза. В 1960-1963 гг. - заместитель председателя Государственного научно-экономического совета Совмина СССР - министр СССР. С 1963 г. - заместитель председателя Госплана СССР - министр СССР. С 1965 г. - заместитель, а с 1976 г. - первый заместитель Председателя Совета Министров СССР. С 1978 г. - кандидат, а с 1979 г. - член Политбюро ЦК КПСС. В 1980-1985 гг. Председатель Совета Министров СССР. С сентября 1985 г. на пенсии.

Дважды Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинских премий, депутат Верховного Совета СССР 5-го и 11-го созывов. Член ЦК партии с 1966 г. по 1985 г.

ВИТАЛИЙ ИВАНОВИЧ, как Тихонову удалось возглавить правительство СССР?

- Назначение Тихонова на пост главы исполнительной власти - это, на мой взгляд, результат противостояния между Брежневым и Косыгиным. Нам, людям близким в то время к высшему руководству страны, было известно, что между ними существуют определенные трения. И Брежнев не раз в разговорах с нами, секретарями обкомов (Воротников был первым секретарем Воронежского обкома КПСС (1971-1975). - П.К.), неодобрительно высказывался о деятельности правительства. Что, мол, оно недостаточно хорошо работает, и многие вопросы приходится решать в ЦК, то есть подчеркивал недостатки в работе Совмина. И всем было совершенно ясно, что эти стрелы направлены в Косыгина. Бывая на Политбюро, работая еще тогда заместителем председателя Совмина РСФСР, я сам был очевидцем вот таких зачастую несправедливых обвинений. Причем это делал не сам Брежнев, а другие товарищи. Я лично был свидетелем того, как, например, Кириленко допускал грубые выпады в адрес Косыгина.

А Косыгин безропотно терпел эти выпады?

- К чести Алексея Николаевича, он никогда не оставлял эти нападки без ответа, а всегда аргументированно, резко и иногда даже зло парировал их.

И долго ли так продолжалось?

- Это было до 1976-1977 годов. В 1976 году у Косыгина был то ли микроинфаркт, то ли микроинсульт. И в это время Тихонов становится первым зампредом союзного правительства. Обычно заседания Совмина СССР во время отпуска Косыгина проводили сначала Полянский, а потом Мазуров. А тут вдруг смотрим - заседание начинает вести Тихонов, хотя с его стороны, как я заметил, не было какого-то стремления занять место председательствующего. Было заметно, что ему просто рекомендовали вести заседания президиума Совмина, хотя еще в это время работал и Мазуров. Правда, тогда пошли разговоры, что он, мол, болен, что у него неважно со здоровьем и мы его вроде бы бережем. И в конце концов на закате 1978 года Мазурова отправили на пенсию, тогда уже Николай Александрович прочно утвердился на посту первого зама.

Это был первый сигнал, что расчищают дорогу Тихонову?

- Наверное, потому что уже в 1978 году Тихонова избрали кандидатом в члены Политбюро, а это был уже шаг более заметный. И это означало, что он выходит на арену страны не только как хозяйственник, но и как политический деятель. Ну а в конце 1979 года, после того как у Косыгина произошел обширный инфаркт, Тихонов стал исполнять обязанности председателя правительства, и тут он, конечно, стал набирать определенный авторитет. Сложилась такая ситуация, что Косыгин еще жив, но не совсем здоров, а Тихонова избирают членом Политбюро. И с этого момента стало явно чувствоваться, что замена Косыгину готова, хотя тот еще не подавал заявления об отставке.

И что, Косыгину пришлось подать такое заявление?

- Его, по существу, насильно отправили на пенсию. И основную роль в этом, как рассказывают, сыграл Черненко, который вел переговоры с Алексеем Николаевичем и попросил того написать прошение об отставке, сославшись на просьбу Брежнева. Косыгин его и написал. И после этого в октябре 1980 года Тихонова утвердили председателем Совета Министров, а в декабре того же года Алексей Николаевич скончался. Но и тут произошел курьез: смерть Косыгина совпала с днем рождения Брежнева, и в течение двух-трех дней страна не знала, что Косыгин умер. Это, несомненно, негативно отразилось на общественном мнении по отношению к руководству нашей страны, хотя нам было ясно, что сам Брежнев в это время был уже недееспособен и кто-то его подталкивал к таким действиям.

У Брежнева с Тихоновым, наверное, были очень близкие отношения, что он его так продвигал?

- Да, безусловно, отношения у них были довольно теплые. Ведь они были знакомы еще с 30-х годов, когда Тихонов работал на металлургическом заводе в Днепропетровске, а Брежнев был там в то время сначала секретарем горкома, а затем обкома.

А как у Николая Александровича складывались отношения с последующими Генеральными секретарями?

- Мне, кажется, что у него не совсем складывались отношения с Андроповым, хотя Юрий Владимирович относился к нему с уважением, но все-таки чувствовалась какая-то сдержанность. Уже такой теплоты, которая была между Тихоновым и Брежневым, а потом и с Черненко, у них не было. А что касается Горбачева, то еще в период правления Черненко у них с Николаем Александровичем вконец испортились отношения. Я это могу сказать с определенностью. Но в период смены руководства - ухода Косыгина и прихода Тихонова - Горбачев как гибкий политик понимал, кого следует поддерживать в этой ситуации. К тому же Косыгин, как мне известно, не особенно жаловал Горбачева, хотя довольно часто отдыхал в Кисловодске, и, в отличие от других руководителей, он не высказал по отношению к Горбачеву каких-то положительных оценок. Но потом, где-то в 1982 году, я был в Управлении делами Совмина СССР у Смиртюкова, и он сказал мне: `Ты знаешь, Николай Александрович наконец разобрался в Горбачеве и понял, что тот из себя представляет`. В общем, Тихонов раскусил натуру Михаила Сергеевича, и у них возникли тогда трения.

А в чем это проявлялось?

- Помню, как-то было Политбюро, где обсуждался вопрос `Об опережающем росте производительности труда по отношению к заработной плате`. Предварительно этот вопрос был обсужден на Секретариате ЦК. И выяснилось, что этот проект не был рассмотрен в Совмине. Тихонов был недоволен, так как считал, что необходимо было сначала разобраться в правительстве, а уж потом выносить, если надо, на Политбюро. Андропов с этим утверждением согласился. Тихонов же при этом был возмущен тем, что Секретариат ЦК, в частности Горбачев, уже не первый раз берет на себя хозяйственные проблемы. Между ними даже произошла небольшая перепалка. Горбачев сказал: `А что делать, если вы не решаете?` На что Тихонов ему резко ответил: `Не пытайтесь работать по проблемам, в которых вы некомпетентны`. Но Горбачев после этого не угомонился. Он и дальше вмешивался в дела Совмина.

Наверное, Горбачев не забыл этого и припомнил Тихонову в дальнейшем?

- Я думаю, что он не только это не забыл, но и другое. Вспоминаю первое Политбюро после похорон Андропова. Это был февраль 1984 года. На нем как раз происходило распределение обязанностей и сфер влияния в ЦК. Черненко взял тогда на себя вопросы внутренней и внешней политики, партийно-организационную работу, Общий отдел и Управление делами. А на Горбачева возложил курирование сельского хозяйства, агропромышленного комплекса и сельскохозяйственного машиностроения, а также поручил ему вести Секретариат ЦК и в отсутствие генсека - заседания Политбюро. И здесь Тихонов опять резко выступил: `А почему Горбачев будет вести заседания Политбюро? Он ведь отраслевой секретарь. Его дело заниматься сельским хозяйством. Если он будет вести Политбюро, то может быть недостаточно объективным при рассмотрении других вопросов. Ведь Ленин вел заседания Политбюро, не будучи секретарем ЦК`. Это был явный демарш против Горбачева.

А Горбачев не испугался такого выпада Тихонова?

- Я думаю, что он растерялся, потому что когда через несколько дней я зашел к Горбачеву, то он мне в доверительном разговоре рассказал, что когда он с Черненко обсуждал итоги Политбюро, то убеждал последнего, что позиция Тихонова внесет разлад в Политбюро и что нельзя допускать, чтобы председательствовал на Политбюро сегодня один, а завтра другой. Это же будет хаос. Черненко же стал успокаивать Михаила Сергеевича, сказал, что позиция ясна и чтобы он не переживал. Хотя официально такое решение принято все-таки не было.

Ну если Тихонов, как вы говорите, разобрался в Горбачеве и у них были такие натянутые отношения, тогда, наверное, он возражал против назначения Горбачева на пост генсека?

- Да, нет. Когда Громыко внес кандидатуру Михаила Сергеевича на пост Генерального, то никто из присутствующих против не высказывался, и Тихонов в том числе.

А как складывались у них отношения, когда Горбачев стал генсеком?

- Тут отношения еще больше обострились. Помню, Тихонов как-то докладывал на Политбюро проект развития народного хозяйства на 1986-1990 годы. Горбачев стал задавать ему много вопросов, уточнял некоторые формулировки, а потом после обсуждения сказал, что доклад слабый и что Тихонов плохо подготовился. А в сентябре 1985 года на одном из заседаний Политбюро Горбачев сообщил, что Николай Александрович подал заявление об отставке. Тихонов присутствовал на этом заседании, и мы попросили его пояснить. Он объяснил это тем, что у него ухудшилось здоровье и врачи рекомендовали ему уйти на пенсию. Конечно, если говорить объективно, то он к этому времени был уже слаб физически. Все-таки человеку исполнилось 80 лет. И, не находя контактов и поддержки среди членов Политбюро, так как к этому времени уже ушли из жизни Устинов и Черненко, он чувствовал себя не у дел.

Что же, к этому времени не было ни одного человека, который поддерживал бы Тихонова?

- Я знаю, что хорошие отношения были у Тихонова с Долгих. И Горбачев не раз упрекал Долгих, что вот он, мол, все ходит в правительство, все там советуется с Тихоновым. Вроде бы хочет и тут и там успеть. А было совершенно понятно, что Тихонов и Долгих были просто близкие по духу люди. В конце концов, они оба были металлурги.

Была ли у Тихонова четкая экономическая концепция развития страны?

- Думаю, что такой концепции у него не было. В этом-то и была беда. Комплексная экономическая программа готовилась долго, но Горбачев, увлекшись политическими процессами, отодвинул на второй план экономику, высказал тезис, что политические реформы помогут сдвинуть и экономику. И только в 1989 году председателем Госплана СССР Маслюковым была доложена программа, которая предусматривала ряд таких моментов, которые стали реализовываться. Речь шла о рыночной экономике, либерализации, но, конечно, не до такой степени, как это произошло у нас на практике. А что касается Тихонова, то он уже был не в состоянии проводить какие-либо реформы.

А вы встречались с Николаем Александровичем после отставки?

- Нет, контактов у меня с ним не было. Я не знаю, с кем он вообще контактировал. Такое было впечатление, что он засел на даче, как отшельник, и никак не проявлял себя. Тихо отошел от всего. Хотя мы знали, что у него очень сложная жизнь, что он фактически одинок, так как у него не было семьи. Но с его стороны, видимо, не было желания с кем-то общаться. Безусловно, когда он ушел на пенсию, ему все привилегии сохранили. У него осталась и премьерская дача в Петрово-Дальнем, и материальное обеспечение, и медицинское обслуживание. Даже охрану и ту сохранили. И так до конца его жизни.

Беседовад Павел Коробовhttp://nvolgatrade.ru/

Док. # 212791
Опублик.: 18.10.04



 Разработчик

       Copyright © 2004,2005 г. Некоммерческое партнерство `Научно-Информационное Агентство `НАСЛЕДИЕ ОТЕЧЕСТВА`` & Негосударственное образовательное учреждение 'Современная Гуманитарная Академия'